Изображение Троицы под куполом храма Христа Спасителя в Москве.
Изображение Троицы под куполом храма Христа Спасителя в Москве.

На самом деле, ни одному, даже мало-мальски образованному мусульманину не придёт в голову идея изобразить Бога. Такое творчество в исламе категорически запрещено в том числе потому, что каким бы превосходным такое изображение ни было, оно будет неправдоподобным, сказкой, искажением реальности, а осквернять Бога неправдой, фальсифицировать знания о Нём, признаваясь Ему в любви, лицемерно и недопустимо. Такое творчество дискредитирует Бога, окарикатуривает Его, ограничивает нас во всестороннем познании бытия.

Вторая заповедь Бога из декалога Моисея вообще запрещает изображать кого бы то ни было в целях поклонения. «Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, что на земле внизу, и что в воде ниже земли. Не поклоняйся им и не служи им; ибо Я Господь» — написано в ней. То есть запрещено служить и поклонятся каким бы то ни было изображениям. А Себя, Себя Бог разрешает изображать, ведь Он Господь? Нет, такого разрешения нет. Но нет и запрета. В чём же дело?

А дело в том, что Бог не изображаем, потому что невидим. «Бог есть Дух», — авторитетно поделился знаниями Иисус Христос – Свидетель верный и истинный. Нет таких художественный средств, которыми можно было бы изобразить Бога, то есть Дух, хотя бы потому, что все известные и возможные изобразительные средства в сущности материальны, а «дух» в сущности духовен. Это совершенно разные природы. Кроме того, как утверждает апостол Иоанн — «Бога не видел никто никогда». Как же можно изображать невидимое, Того, Кого никто никогда не видел?

В послании к Колоссянам (1.15.) Павел пишет: «Который (Христос) есть образ Бога невидимого», а в послании к Тимофею (1.17.): «Царю же веков нетленному, невидимому, единому премудрому Богу честь и слава во веки веков». Там же (6.16.): «единый имеющий бессмертие, Который обитает в неприступном свете, Которого никто из человеков не видел и видеть не может. Ему честь и держава вечная».

 «Почему мы не описываем Отца Господа Иисуса Христа? Потому что мы не видели Его. А если бы мы увидели и познали Его, также, как и Сына Его, — то постарались бы описать и живописно изобразить и Его …» — записано в деяниях (4) VII Вселенского Собора, состоявшегося в Никеи в сентябре 787 года.

Как же так, в том же Писании утверждается, что Бога видел Моисей и праведник Иов, пророки Исаия и Иезекиль, Даниил и Михей, евангелист Иоанн. Противоречие? Нет, нисколько. Когда написано, что Бога никто не видел, значит не видел глазами. Нет у человеческих глаз способности видеть невидимое. По этим же причинам нельзя и изобразить невидимое. Мы способны видеть только материальное. Подобное видится только подобными средствами, а «дух» не материален. В этом смысле Бога никто никогда не видел, видеть не мог и изобразить не может.

Чем же тогда смотрели и видели Бога праведники? Тем же, чем и мы «смотрим» сны и сновидения. Наши глаза это всего лишь устройство способное воспринимать зрительную информацию, изображения. А «видим» мы всегда и только мозгом. Здесь обрабатываются все видовые сигналы: и от глаз, когда мы бодрствуем, и от «файлов» памяти ранее виденного, и от «роликов» мечтаний и грёз, и от мыслительного процесса во сне, и от опосредованной информации из вне. Поступает в наши головы и такая.

Теперь представьте себе, что вы невидимый, и соответственно не слышимый, но вам очень надо сообщить человеку что-то очень важное, и чтобы он достоверно точно знал, что эта информация от вас, в которого он твёрдо верить и бесконечно доверяет. Надо чтобы он вас узнал. А узнать он вас может только по представлениям о вас, ведь «настоящего» он вас никогда не видел.

Так и с Богом. Он, Бог, Отец, значит мужчина, представляем мы себе. Возраст? Старше всех, значит старец. Седовласый? Само-собой. Естественно, в одежде. Естественно, величественен и неподражаем. Вот и всё: образ создан. Он не соответствует действительности, карикатурен, но он соответствует нашим представлениям. Так вот, Бог являл страждущим видеть Его и по необходимости информацию о Себе из вне для опосредования в ожидаемом ими образе. То есть они могли «видеть» воображаемый, предполагаемый ими образ Бога в сновидениям или в состоянии транса, по Его воли.

Но предоставляемое Богом право, как бы видеть, как бы Себя, обращать на Себя внимание, не означает предоставляемого Им права как бы Себя изображать и описывать, потому что это будет «как бы», а не Бог. Вышеперечисленные свидетели Бога ничего толком о Нём не написали. Даже Иисус Христос, Который в отличии от других, безусловно видел Отца духовно, то есть подобное «видел» подобным, ограничился кратким сообщением факта: Бог есть Дух.

Св. Василий Великий писал, взявшимся за кисть, чтобы изобразить Бога: «Бог не имеет очертаний. Он прост. Не фантазируй на счет Его строения. Не замыкай Бога в свои телесные представления, не ограничивай Его мерой ума своего».

Большой Московский Собор в 1666-1667 гг. выносит весьма конкретное постановление на счёт изображения Бога: «Отныне Господа Саваофа образ не писать в нелепых и неприличных видениях, ибо никто Саваофа не видел во плоти, как и живописуется, то есть изображается по плоти, а не по Божеству. Господа Саваофа брадою седа и Единородного Сына во чреве Его писать на иконах и голубь между Ними, зело нелепо и неприлично есть».

Но мы продолжаем писать Его образ «нелепо и неприлично».

Бурыкин Андрей